В гостях у православного! Православная страница иеромонаха Антония (Малинского)

С Днем Победы!!!

2010 год – год 65 – летия Победы в Великой Отечественной Войне. За эти шестьдесят лет много сказано. Прославлены многие герои, память сохранила для нас не только имена таких, как Георгий Жуков, но таких, как мой прадед Федор Березин из далекой деревни Головинщено Саратовской области. Трудились всей огромной Советской семьей для того, чтобы эта семья оставалась свободной, чтобы свободные дети могли выпить утром кружку парного молока, чтобы земля предков – была землею им потомков. Но вместе с именами тех, кто трудился и на фронте, и в тылу следует помнить имена тех, кто помогал идти к Великой Победе!
Месяц назад я увидел на прилавке книгу «Чудеса на дорогах войны» (Чудеса на дорогах войны. М.: ПолиграфАтельеПлюс, 2010, 3-е изд. 400 с.: илл) и заинтересовался ею. Тем более, что Великая Победа, это Победа для каждого, тем более христианина. Поэтому в этой статье мне хотелось бы поместить несколько рассказов о том, кто подавал изнуряемым войною людям молитвенную, благодатную поддержку.
С иконой через линию фронта.
«Одной из главных святынь петербургского храма «Кулич и пасха» является старинный образ святителя Николая. Икона - родом из деревни Саблино Тосненского района, Ленинградской области, а её дивную «родословную» хорошо знает протоиерей Владимир Ноздрачев из соседнего села Рождествено. Его рассказ – истинная жемчужина, на радость всем читателям.
Чудотворный образ святителя Николая до войны находился в свято – Троицкой церкви города Колпино, рядом с Царским Селом. В 1937 году колпинский храм Святой Троицы был закрыт, но чудотворный образ был спасен от поругания и уничтожения благочестивыми прихожанами. Где он находился, никто не знал. А в Колпине жили две сестры, Пелагия и Параскева, известные своим праведным образом жизни. И во время Великой Отечественной войны, когда Питер (все – таки Ленинград прим. иером. Антоний) булл окружен немцами, к одной из сестер во сне явился святитель Николай и велел ей пойти в Саблино и взять его икону, которая находилась в заброшенной, загаженной часовне на кладбище. А она села на кровати и говорит: «Святитель Николай, куда же я пойду? Я с голоду опухла и по комнате едва передвигаюсь, где мне столько километров пройти?!» А на следующую ночь святитель опять к ней явился: «Параскева, я тебе говорю: вставай и иди!». Делать нечего – поднялась, стала расхаживаться, вроде бы полегчало. На третий день оделась, обулась, перекрестилась, упала на колени перед иконами, поплакала, пошла… «Представьте себе, - рассказывала она потом, - перехожу нашу линию фронта, перекарабкиваюсь через окопы – никто меня не видит и не слышит. . А дальше немецкая линия – тоже самое. Как шла – сама не помню, но дошла все – таки до этой часовни в Саблино. И там, на полу нашла образ святителя Николая. Подняла, вымыла снегом и понесла домой. И опять так же невидимой и не слышимой перешла обе линии фронта»…. (с. 185 – 186).

Святитель Николай есть.
В 1941 году Диме Розову исполнилось восемнадцать лет. Началась Великая Отечественная война. На фронт Дмитрий пошел добровольцем и попал в торпедную часть. Его мать глубоко верила в Бога. Провожая сына, она благословила его образком святителя Николая Чудотворца. С иконой матери юноша не расставался ни на минуту.
Спустя недолгое время, поздней осенью, торпедный катер, накотором он служил, наткнулся на мину и взорвался. После взрыва Дима очутился в открытом ледяном море. Нигде не было видно никаких следов подорвавшегося судна. Бушлат промок и тянул в воду, грузной тяжестью висели свинцовые, налитые водой сапоги, но Дмитрий пытался держаться на плаву. Скоро он окочинет в холодной воде, начались судороги, сил больше не было. Вспомнив в последнюю минуту о матери, Дима полуосознанно позвал на помощь Николая Угодника и потерял сознание.
Обморок длился несколько часов. Опомнившись, Дмитрий обнаружил себя на берегу: он лежал в насквозь промокшем бушлате, сапоги были полны воды: Дмитрий остался жив. Прошло много лет после войны, и, рассказывая своему другу – художнику Льву Михайловичу Рыжову об этом эпозоде, он говорил: «Так я уверовал, что святитель Николай – есть!». Это за молитвы матери спас Николай Чудотворец от гибели восемнадцатилетнего Диму. (С. 187).
Небольшая лодка, а в ней – старичок…
Бывший военный летчик рассказал о том, как во время Великой Отечественной войны его спас святитель Николай. Мать этого летчика была верующей, сам же он был далек от Церкви, но смирился и не возражал,когда родительница зашила ему в карман гимнастерки какой – то медальен.
Воевать летчику пришлось на Севере. Однажды в бою его самолет подбили, а он выбросился с парашютом. И все равно он был обречен: хотя и не мог утонуть, так как был со спасательным поясом, но температура в Баренцевом море такой низкой, что смерть от холода наступила бы довольно скоро. Вдруг он услышал всплеск весел. Смотрит: небольшая лодка, а в ней старичок. Он втащил летчика в свою лодку, довез до берега и устроил на пригорке, оттуда были видны огни так редко встречающегося на Севере селения. А оттуда уже спешили на помощь ему люди. Летчика обогрели, накормили и очень удивлялись, как смог он добраться до берега. Никакой лодки на берегу не было, старичка, о котором рассказал летчик, тоже нигде не было видно. Но когда летчика стали переодевать во все сухое, то обнаружили зашитый медальон. Взглянул летчик на изображение = и узнал спасшего его старичка. Это был образ святителя Николая Чудотворца, которому мать молилась всю войну о сыне, - и тот вернулся с фронта живым. (С. 178 – 179).
В заключение хотелось бы сказать: Многая лета Живым. Вечная Память погибшим в боях, умершим в тылу от изнурительного труда на благо фронта, не выдержавшим тягот блокады, скончавшимся в госпиталях, всем тем, кто ушел из жизни за эти 65 лет, но свято выполнившим свой долг в 1941 – 1945 годах!!!